Бумке, Х. «Святая вода» в прорицалище Дидим / Х. Бумке // Святилища: культовая топография и формы коммуникации в сакральном контексте. Результаты научных конференций исследовательского кластера (2012–2018) / под ред. И. Герлах, Г. Линдстрём, К. Шпорн ; Германский археологический институт. — Висбаден : Harrassowitz Verlag, 2022. — С. 209–229. — (Люди — культуры — традиции ; т. 19).
Deutsches Archäologisches Institut (DAI)
МЕ1ЭХО22
р.
р.
Ссылка по ГОСТ: Bumke, H. Das „heilige Wasser“ im Orakelheiligtum von Didyma / H. Bumke // Heiligtümer: Kulttopographie und Kommunikationsformen im sakralen Kontext. Ergebnisse der Clustertagungen (2012–2018) / hrsg. von I. Gerlach, G. Lindström, K. Sporn ; Deutsches Archäologisches Institut. — Wiesbaden : Harrassowitz Verlag, 2022. — S. 209–229. — (Menschen – Kulturen – Traditionen ; Bd. 19). — ISBN 978-3-447-11812-5.
Священная вода и устройство Дидимского прорицалища Бумке начинает исследование с рассмотрения особой роли воды в культе Аполлона в Дидимах. Священный источник составлял один из центральных элементов прорицалища. Его существование связывалось с возможностью получения божественных откровений, а прекращение действия источника, согласно древним свидетельствам, означало прекращение прорицательной деятельности. Автор рассматривает архитектурные особенности Дидимского храма, отличавшие его от большинства греческих храмовых сооружений. Вместо обычной закрытой целлы центральное пространство занимал открытый внутренний двор — адитон, окружённый высокими стенами. Именно здесь, по мнению исследовательницы, должен был располагаться священный источник. Бумке считает вероятным, что подобная организация культового пространства существовала уже в архаическом храме, предшествовавшем монументальному эллинистическому сооружению. Важнейшей особенностью позднего храма являлась система разграничения доступа. Из Двенадцатиколонного зала посетители могли видеть расположенный выше Двухколонный зал через монументальный проём, однако непосредственно пройти через него было невозможно. Двухколонный зал был связан с адитоном лестницами, доступными преимущественно служителям святилища. Автор предполагает, что подобная архитектурная организация позволяла жрице получать прорицание в закрытой части храма, а жрецу Аполлона — передавать ответ посетителям, находившимся в Двенадцатиколонном зале. При этом Бумке допускает, что отдельные привилегированные посетители могли получать доступ непосредственно во внутренний двор.
Античные свидетельства о прорицательнице и воде Основным письменным источником для реконструкции прорицательной практики служит сочинение Ямвлиха «О египетских мистериях» (III, 11). Ямвлих описывает несколько способов, посредством которых прорицательница Бранхидов могла получать божественное вдохновение. Среди них упоминаются держание священного жезла, сидение на оси, соприкосновение ног или края одежды с водой и вдыхание испарений, поднимающихся от неё. Бумке рассматривает эти свидетельства в связи с реальными архитектурными возможностями Дидимского храма. Особое внимание уделяется физическому соприкосновению жрицы с водой. Если свидетельство Ямвлиха отражает действительную обрядовую практику, в святилище должны были существовать сооружения, позволявшие жрице приближаться непосредственно к воде источника. При этом автор учитывает осторожное отношение ряда современных исследователей к Ямвлиху, поскольку его философское сочинение не ставило целью составление точного описания культовых действий. Тем не менее Бумке отмечает, что отдельные сведения Ямвлиха находят подтверждение в эпиграфических материалах. Следовательно, полностью исключать его свидетельство из реконструкции древних обрядов не следует.
Проблема исчезновения и возобновления действия источника Важное место занимает сообщение Страбона, ссылавшегося на историка Каллисфена. Согласно этому свидетельству, после персидского разрушения святилища в начале V века до н. э. источник перестал давать воду, вследствие чего прекратилась прорицательная деятельность. Его действие якобы возобновилось в 334 году до н. э., после появления Александра Македонского в Малой Азии. Бумке отмечает, что подобная история могла иметь символический характер и служить объяснением возрождения святилища после длительного периода упадка. Однако автор обращает внимание на реальную гидрологическую проблему. Многочисленные колодцы, которые в разные эпохи углублялись для достижения грунтовых вод, указывают на постепенное либо периодическое снижение доступности воды. Эти наблюдения согласуются с результатами гидрологических исследований территории святилища. По мнению Бумке, возможность реального пересыхания источника должна учитываться при оценке древнего предания. Отдельно рассматривается надпись конца III века н. э., связанная с проконсулом Титом Флавием Фестом. Она сообщает о восстановлении источника Аполлона, который ранее спас население во время осады, позволив получить необходимую воду. Это свидетельство показывает, что источник сохранял особое значение не только как элемент прорицательных обрядов, но и как жизненно важный водный объект.
Проблема локализации источника возле наискоса Бумке подробно рассматривает распространённую в современной археологической литературе гипотезу, согласно которой священный источник первоначально находился непосредственно перед наискосом или внутри него. Наискос располагался в западной части адитона и рассматривается как место размещения культового изображения Аполлона. Гипотеза о расположении источника здесь сформировалась прежде всего на основании исследований Генриха Дрерупа и Фридриха Хиллера, проведённых в 1962 году, и последующих работ Клауса Тухельта. Дреруп и Хиллер предполагали, что природный источник находился в юго-западной части адитона, недалеко от наискоса. Основанием служили особенности древнего рельефа, направленного к юго-западу, и археологические наблюдения, связанные с почвенными слоями. Однако Бумке подчёркивает, что эти данные не позволяют однозначно определить местонахождение источника. Вода могла выходить на поверхность северо-восточнее и затем стекать по естественному уклону местности. Кроме того, расположение источника и способы доступа к нему могли изменяться на протяжении столетий. Автор также обращает внимание на то, что функции наискоса могли ограничиваться размещением культового изображения Аполлона. Следовательно, нет необходимости считать, что священная вода обязательно должна была находиться непосредственно под этим сооружением. Важнейший вывод: традиционное представление о местонахождении источника у наискоса не обладает достаточной археологической доказательностью.
Колодцы, обнаруженные в западной части адитона Исследовательница обращается к нескольким водным сооружениям, выявленным во время раскопок вблизи фундаментов наискоса. Особое внимание уделяется круглому колодцу и прямоугольному шахтному колодцу, обозначенным на археологических планах соответственно буквами a и b. Клаус Тухельт предполагал, что эти колодцы могли существовать ещё до сооружения эллинистического наискоса. В таком случае они могли служить свидетельствами древнего поиска доступа к священной воде. Однако Бумке анализирует аргументы против этой датировки. Для сооружения круглого колодца потребовалось частично разрушить поперечный фундамент эллинистического наискоса. Это обстоятельство свидетельствует, что строительство колодца происходило уже после прекращения использования наискоса. Тухельт допускал, что колодец существовал раньше, затем был засыпан во время строительства храма и впоследствии вновь открыт. Бумке считает подобную реконструкцию недостаточно убедительной. В отношении второго, прямоугольного шахтного колодца, глубина которого достигала примерно 6,5 м, ситуация сложнее. Часть его конструкции, по мнению Тухельта, могла находиться под фундаментами архаического и эллинистического наискосов, что свидетельствовало бы о большой древности сооружения. Однако другие исследователи указывали на особенности кладки и использование византийских архитектурных деталей, позволяющие предполагать более позднее происхождение. Бумке подчёркивает, что опубликованных результатов непосредственной проверки этих противоречивых наблюдений недостаточно. Поэтому датировку второго колодца нельзя считать надёжно установленной.
Загадочная конструкция, называемая ботросом Один из наиболее важных разделов исследования посвящён прямоугольной каменной конструкции, обнаруженной между фундаментами наискоса и традиционно называемой ботросом. Сооружение представляло собой каменный ящик глубиной около 80 см и размерами приблизительно 1,53 × 1,70 м. Его стены были сложены из повторно использованных архитектурных деталей, включая мраморные кровельные плиты и поросовые блоки. Пол также состоял из мраморной плиты, которая не полностью закрывала основание, оставляя с одной стороны промежуток, открытый к нижележащему грунту. Первоначально внутреннее пространство было разделено горизонтальными мраморными плитами, удалёнными при раскопках. Хуберт Кнакфус предполагал, что сооружение служило ботросом — вместилищем для захоронения остатков жертвоприношений и других предметов, утративших первоначальное культовое назначение. Клаус Тухельт предложил альтернативную интерпретацию. Он обратил внимание на белые известковые отложения или светлый глинистый материал в углах конструкции, а также на следы, напоминающие отложения, образующиеся при длительном контакте с водой. На основании этих наблюдений Тухельт предположил, что сооружение могло представлять собой водосборный бассейн, предназначенный для получения грунтовой воды. Бумке подробно рассматривает аргументы обеих сторон. Особое значение придаётся тому, что конструкция была установлена уже после разрушения архаического наискоса. Следовательно, она не могла непосредственно принадлежать первоначальному строительному этапу этого сооружения. Автор не исключает, что здесь могла находиться более ранняя водная конструкция, позднее перестроенная. Однако имеющиеся археологические данные не позволяют подтвердить такую реконструкцию. Главный результат анализа: интерпретация ботроса как водосборного сооружения возможна, но не доказана. Не установлена и его непосредственная связь со священным источником Аполлона.
Подземная шахта и колодец византийской агиасмы Особенно интересная часть статьи посвящена сооружению, расположенному северо-восточнее наискоса. Оно состоит из колодца и связанного с ним подземного прохода с лестницей. В византийскую эпоху этот комплекс использовался как агиасма — источник священной воды, связанный с христианской культовой традицией. Исследователи начала XX века предполагали, что византийский источник мог находиться непосредственно на месте древнего священного источника Аполлона. Бумке обращается к первоначальным отчётам Кнакфуса, Виганда и других участников раскопок, а также к сохранившимся полевым дневникам. Особое значение имеет конструкция подземного прохода, позволявшего спуститься к воде. Автор задаётся вопросом, зачем в византийское время потребовалось сооружать сложный подземный доступ к источнику, если воду можно было получать непосредственно из расположенного рядом колодца. Возможное объяснение связано с более ранним культовым назначением сооружения. Бумке предполагает, что подземный доступ мог быть создан ещё в античности, чтобы обеспечить прорицательнице возможность непосредственного соприкосновения со священной водой. Такое устройство согласовывалось бы с сообщением Ямвлиха о получении вдохновения через физический контакт с водой. Автор также сопоставляет этот комплекс с подземным прорицалищем Аполлона в Кларосе, где священный колодец находился в специальном подземном помещении. Подобная организация позволяла совершать прорицательные действия вне поля зрения посетителей. При этом Бумке подчёркивает, что древнее происхождение дидимского подземного прохода не доказано.
Археологические работы 1911 и 1924 годов Особую документальную ценность представляет обращение Бумке к полевым дневникам археологических экспедиций. Автор приводит сведения о работах, проводившихся возле колодца агиасмы в ноябре 1924 года. Согласно записи от 22 ноября, исследователи углубились примерно на 3 м к югу от колодезной шахты, пытаясь определить особенности её конструкции и засыпки. При этом были обнаружены известковые обломки и немногочисленные античные архитектурные фрагменты. Следов более раннего греческого или римского колодезного сооружения установлено не было. Однако исследователи не получили достаточных данных для окончательного определения времени первоначального создания подземного комплекса. На следующий день, 23 ноября, они начали расчистку самого колодца и обнаружили воду уже на глубине приблизительно 4 м. Это обстоятельство показалось особенно примечательным, поскольку другие колодцы поблизости, включая глубокие сооружения возле наискоса, оставались сухими. Бумке отмечает недостаточность сохранившейся документации этих работ. Некоторые действия участников раскопок невозможно полностью восстановить, а необходимые чертежи и фотографии отсутствуют. Таким образом, даже материалы первоначальных исследований не позволяют уверенно установить, принадлежала ли подземная система античному прорицалищу или была создана позднее.
Возможная история изменения доступа к священной воде На основании археологических наблюдений и истории изменения уровня грунтовых вод Бумке предлагает осторожную реконструкцию последовательных этапов использования источника. Первоначально священная вода могла находиться сравнительно близко к поверхности и быть доступной через сооружение возле наискоса. Позднее, по мере снижения доступности воды, могли потребоваться более глубокие колодцы или специальные подземные устройства. Возможно, в определённый период доступ к воде был перенесён в северо-восточную часть адитона, где существовал колодец с лестничным спуском. Такая реконструкция позволила бы объяснить наличие нескольких водных сооружений, построенных в разные эпохи и расположенных на разных участках внутреннего двора. Однако Бумке подчёркивает, что последовательность их возникновения и точные функции остаются неизвестными. Поэтому предложенная схема представляет собой объяснительную гипотезу, а не археологически установленную строительную историю источника.
Артемида в Дидимах и её связь с прорицалищем Вторая большая часть исследования посвящена культу Артемиды. Бумке подчёркивает, что Артемида почиталась в Дидимах уже в архаическое время и занимала особое положение наряду с Аполлоном. Существование отдельного святилища Артемиды подтверждается эпиграфическими свидетельствами. В частности, надпись 299/298 года до н. э. упоминает установку почётной статуи Апамы, супруги Селевка I, в святилище Артемиды. Исследовательница рассматривает возможное местонахождение этого комплекса, обращаясь к результатам новейших археологических исследований. Особое значение имеет эпиклеса Артемиды Пифии (Artemis Pythie), встречающаяся в надписях начиная с III века до н. э. Бумке считает это обстоятельство указанием на тесную связь культа Артемиды с прорицательной деятельностью Аполлона.
Жрицы-гидрофоры и их обязанности Центральное место в исследовании культа Артемиды занимает необычный титул её жриц — гидрофоры (hydrophoroi), буквально «носительницы воды». Бумке рассматривает многочисленные эпиграфические свидетельства, позволяющие реконструировать особенности этого жреческого служения. Автор обращает внимание на то, что данный титул не был универсальным обозначением жриц Артемиды во всём греческом мире. Напротив, его распространение обнаруживает особенно тесную связь с Дидимами и Милетом. В некоторых случаях должность гидрофоры занимали молодые девушки из состоятельных и влиятельных семей. Автор исследует возраст, семейное положение и общественный статус женщин, выполнявших эту функцию. Особое внимание уделяется вопросу, представляло ли служение гидрофоры самостоятельную жреческую должность или особую обязанность внутри более широкого культа Артемиды. Бумке также рассматривает сообщения о мистериях, совершавшихся при участии жриц. В надписях упоминаются жертвоприношения, возлияния и особые обрядовые действия, которые автор сопоставляет с практикой посвящений в прорицалище Клароса.
Возможная связь гидрофор с посвящением посетителей Бумке обращает внимание на то, что в Кларосе доступ к подземным помещениям прорицалища предоставлялся только отдельным посвящённым посетителям. Те могли спускаться по узким лабиринтообразным коридорам к помещению, из которого слышали голос прорицателя. Автор допускает существование подобной практики и в Дидимах. В таком случае некоторые посетители могли получать специальное разрешение на вход в адитон после прохождения соответствующих обрядов. Бумке предполагает, что в организации этих действий могли участвовать жрицы Артемиды. Однако никаких прямых письменных свидетельств о том, что именно гидрофоры проводили посвящение посетителей Дидимского прорицалища, не существует. Следовательно, подобное объяснение представляет собой сопоставительную гипотезу, основанную главным образом на аналогии с Кларосом.
Священная вода в святилище Артемиды Один из наиболее важных результатов исследования связан с надписью II века до н. э., происходящей из святилища Артемиды. Она сообщает о существовании перед храмом специального водного сооружения, посвящённого нимфам. В надписи подчёркивается необычайная чистота воды, доступной посетителям. Бумке рассматривает это свидетельство как подтверждение наличия отдельного источника или водного сооружения, имевшего собственное культовое значение. По мнению исследовательницы, вода могла использоваться не только для обычных очищений, но и в связи с прорицательными обрядами Аполлона. Особое внимание уделяется сочетанию трёх обстоятельств: наличию источника в святилище Артемиды, титулу жриц-гидрофор и возможному снижению доступности воды в храме Аполлона. На основании этих свидетельств автор предлагает новую интерпретацию обязанностей гидрофор.
Гипотеза о доставке воды из святилища Артемиды Бумке предполагает, что гидрофоры могли переносить чистую воду из святилища Артемиды в храм Аполлона. Подобное действие могло совершаться в установленной обрядовой форме. Особую важность такая практика приобретала в периоды, когда священный источник Аполлона не обеспечивал необходимого количества воды. Автор допускает, что доставленная вода использовалась для восполнения запасов либо непосредственного совершения прорицательных действий. В таком случае служение гидрофор оказывалось не второстепенной обязанностью, а существенной частью обеспечения деятельности прорицалища. Бумке также допускает, что со временем функции жриц могли изменяться, тогда как сам древний титул продолжал сохраняться. Принципиальное ограничение: письменные источники подтверждают существование гидрофор и наличие водного сооружения в святилище Артемиды, но непосредственно не сообщают о переносе воды в храм Аполлона. Эта реконструкция предложена самой Бумке.
Основные выводы исследования В заключительной части статьи Бумке объединяет результаты анализа археологических и письменных свидетельств. Священный источник действительно играл центральную роль в прорицательной деятельности Дидим. Однако его первоначальное местонахождение остаётся неизвестным. Археологические данные не позволяют уверенно отождествить источник с какой-либо одной конструкцией, обнаруженной возле наискоса. Не исключено, что способы получения воды изменялись в разные периоды истории святилища вследствие колебаний уровня грунтовых вод. Подземный колодец с лестничным спуском, известный в византийское время как агиасма, мог иметь более раннее культовое назначение, но убедительных доказательств его античного происхождения пока нет. Особую роль в прорицательной деятельности могли играть жрицы Артемиды — гидрофоры. Предложенная автором гипотеза связывает их служение с переносом чистой воды из святилища Артемиды в храм Аполлона.
Главный вывод исследования: история священной воды в Дидимах не может быть сведена к существованию одного неизменного источника возле наискоса. Археологические и письменные свидетельства допускают более сложную систему водоснабжения, включавшую несколько сооружений, изменение доступа к грунтовым водам и возможное участие жриц Артемиды в обеспечении прорицательных обрядов.